Искусствовед

Монтиас обнаружил, что среди современных Брамеру коллекционеров были «бургомистры, олдермены и другие высокопоставленные аристократы Дельфта» [125]. Его картины упоминаются в реестрах видных посредников, таких как Иоганнес Рениальм из Амстердама (который работал также и в Дельфте), и частных коллекционеров в Гааге, Гауде, Дордрехте и Харлеме.  Корнелис де Бай, описывающий период времени, когда Брамер декорировал зал приемов гильдии художников Дельфта (1661 год), упоминает его как художника, известного в Италии и Германии, а также «в его родной Голландии как при королевском дворе, так и вне его» [126]. Работы Брамера (естественно, на холсте) для королевских дворцов упоминаются в связи с Ван Ковенбергом. Эти работы были частью громадного проекта отделки усадьбы Фридерика Хендрика в манере, напоминающей итальянские виллы, такие, как вилла Барбаро в Мазере (около Виченцы) со стенами с секретом и подвесными потолками Веронезе.  Брамер должен был знать лучше других в Голланд...

Ученые должны принимать во внимание, что работы Брамера на шифере должны быть датированы итальянским периодом. Например, круглый пейзаж (рис. 76), который мог бы быть датирован более поздней датой, и его можно было бы сравнивать с работой Ван дер Поэля (см. кат. № 53), недавно был отнесен к середине 1620-х годов «как и другие работы на шифере» [1 1 9].  С другой стороны, голубой цвет старых плоских крыш на вермееровском «Виде Дельфта»  (рис. 23) и «Виде Дельфта» Фабрициуса (кат. № 18) подводит к мысли, что не так уж сложно было купить шифер в родном городе Брамера.  Конечно, рисунки на камне встречаются намного реже, чем на меди. Этот факт должен быть учтен современными знатоками, когда они видят картину. Еще когда Брамер был в Риме, торговец в Дельфте по имени Хендрик Вокерстерт специализировался на картинах, написанных на алебастре (так же, как и на золотых и серебряных изделиях), и когда он скончался в 1624 году, еще несколько клиентов в Гааге остались ему должны...

Марио Фарнезе (1548-1619) служил  во Фландрии и Венгрии в качестве капитан-генерала папских войск своего дяди – папы Павла III. Жил он, в основном, в своем дворце в Парме и был известен своей поддержкой молодых талантливых художников.  Мейссенс упоминает также «кардинала Шали», может быть, Дидье Скаглиа – кардинал Кремоны и Рима (избран в 1621  году).  Еще одним покровителем Брамера в Италии был Гаспар Румер, нидерландец, который жил в Неаполе и сотнями собирал современные ему картины. Опись его коллекции от 1634 года упоминает о шестидесяти маленьких пейзажах Гаффредо Уолса, немецкого учителя Клода Лоррейн в Неаполе, и «сорок небольших картин» Брамера [112]. В период между 1616 и 1627 годами Брамер был записан в Риме по разным адресам [113]. Как и Ван Поленбург, Бартоломеус Бринберг и сосед Брамера Крабет (караваджист из Гауды), он был основателем Шилдербент (Schildersbent) в 1623 году (группа художников, в основном – северян).  Это было для живших в Ри...

Очевидно отсутствие достаточного количества доказательств не только в королевских дворцах, но и в общественных зданиях Дельфта.  Если бы не этот случай, история Брамера рассказала бы меньше о художниках, работавших в других местах – в Антверпене  (Сегерс), Утрехте (Ван Хонтхорст и Ван Бабурен), Рим (Караваджо, Бартоломео Манфреди, Адам Эльсхаймер) и в различных городах Южных Нидерландов (Волмарин в Роттердаме, Рембрандт в Лейдене, Воутер Крабет в Гоуде, Беньямин Кэйп в Дордрехте) -  как о части прекрасного следования традиции исторической живописи Дельфта, представленной такими художниками, как Ханс Иорданс, Якоб Пинас, Ван Влиет, Ван Ковенберг, его прилежным последователем Виллемом Вершором (1630-1678) и некоторыми другими, короткий список которых включает  Де Влигера (рис. 72), Де Витте (рис. 73), Де Хоха (рис. 74), Фабрициуса (в прошлом ученик Рембрандта и известный художник-монументалист) и, естественно, Вермеера с его хорошо известными и учтенными картинами ...

Большое полотно (рис. 66), также датированное 1647 года, вероятно, предназначалось для определенного места в зале, так как использование балюстрады с фигурами, видными с нижней точки, напоминает гуляк в Ближней галерее большого зала дворца в Honselaarsdijk (рис. 12) [98]. Композиция обращена к фигурам на балюстраде, которые Брамер написал около 1667 года как часть тканевых фресок в Принсенхофе (рис. 136, левый край). Брамер также написал мифологические работы для Honselaarsdijk: «Венера и Адонис» (как и Ван Ковенберг) и «Флора», которая была частью оформления камина [99].  Как было сказано выше, работы Ван Ковернберга, датированные с 1640 годов, также представляют интерес для молодого Вермеера, если смотреть на них шире. Оба художника заимствовали идеи у  Ван Хонтхорста и художников его круга (к примеру, Ян ван Бронхорст, см. рис. 134). Подобие  их интересов становится очевидным при сравнении жанровых сцен Ван Ковенберга, датированных с 1626 до конца 1640-х годов, с...

Сегодня полотна Ван Ковенберга можно случайно встретить в маленьких музеях, на распродажах или в запасниках больших собраний (например, полотно на рис. 63, которое включено в каталог как «неизвестный голландец»).   В 1640-х годах в некоторых состоятельных домах Дельфта должны были быть богатые портреты работы Ван Ковенберга (см. рис. 53), а его большие исторические полотна (например, «Святая Елизавета Турингская приводит нищего в свою больницу», 1640 год, музей монастыря св. Катарины, Утрехт) были в религиозных и общественных организациях Дельфта, Дордрехта и других городов юга Голландии.  Как было сказано выше, Джон Эвелин восхищался потолком (««Похищение Ганимеда» и другие подвешенные фигуры») работы Ван Ковенберга во дворце Honselaarsdijk, для которого художник написал большую картину о Диане и ее спутницах на охоте и расписал фриз охотничьими мотивами (в декабре 1638 года он получил за последние работы разом 800 гульденов).  В 1642 году Ван Ковенберг, оч...

Вероятно, родители жены способствовали продаже в 1632 году большого полотна Ван Ковенбурга «Пленение Самсона» (кат. № 14) городу Дордрехту, где он было установлено в главном зале городской управы [86]. Композиция была взята с гравюры Якоба Матама ( Jacob Matham ), рис. 235, по большой лондонской картине Рубенса на эту же тему – таково заключение нескольких экспертов.  Отец Ван Ковенберга был гравером по меди и серебряных дел мастером, что (вероятно) познакомило художника с гравюрами по картинам Рубенса и других художников. Гравюры по картинам фламандских мастеров, приводивших в восторг голландский двор, скорее всего, были знакомы Ван Ковенбергу, когда он в 1634 году писал свою картину "Кимон и Перо" (Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия) и историческое полотно (видимо, по теме Семирамиды) в 1640-х годах, которое известно по зарисованной «памятке» Брамера (рис. 62) [87].  «Полет Клоэлии» 1640 года, также зарисованный Брамером, был навеян Рубенсовской картиной того же содерж...